Жестокость как бритье

Демиург Третьего рейха, Адольф Гитлер, в качестве инструмента нового творения выбирает древнегерманский эпос, Вагнеровские оперы, расовые теории Гобино, Чемберлена, Либенфельса и мадам Блаватской; карнавальную практику большевистской России и орденский принцип организации партийной элиты. Даже такое далекое историко-географическое явление как Орда, и та нашла свое место в нацистской иерархии власти.

Вспомним еще одного демиурга, ковавшего в Гулаговских кузнях “человека нового типа”. От частого сравнения двух вождей уже рябит в глазах, но в их политических портретах, рисуемых уполномоченными исследователями все отличия свелись к форме усов, главное же — забылось. Феномен Гитлера — результат демократического выбора масс, а лидерство Сталина — итог внутрипартийной борьбы.

В эпоху становления нацистского государства верховенство Гитлера было абсолютным, “ночь длинных ножей” нельзя рассматривать как устранение конкурентов в борьбе за власть. Рём и его штурмовики мешали не фюреру — а СС, лично Гиммлеру и высшему военному командованию. Гитлер предпочел профессионализм и дисциплину стотысячного рейхсвера трехмиллионной банде штурмовиков, анархическому хутору СА — строгую архитектуру СС.

Что касается Сталина, то в лице старых большевиков, отец народов уничтожал принципиальную нелегитимность большевистской власти, свидетелей ее далеко не героического происхождения. У мифа нет и не может быть живых очевидцев, ему не нужны апологеты, тем более — критики. Миф не нуждается в доказательствах, в нем просто живут.

В противовес большевистскому мифу светлого будущего со всеобщим равенством, патронируемым вождем, объединившем в себе черты солнечного божества и мистического праотца, миф национал-социализма обращен вспять — к героическому прошлому ариев — и принципиально отстаивает идею неравенства с ярко выраженным превосходством нордической расы и, прежде всего, германцев.

Заметим, что господство нордического сверхчеловека не устанавливается, а восстанавливается, сам же “белокурый бестия” дистиллируется в процессе биологического скрещивания особей, сохранивших в своих хромосомах арийские гены. Нацистский вариант “общего дела” извлекал совершенного предка не из могил, а из крови.

Гиммлер, шеф СС, в силу своих фермерских привычек выводил сверхчеловека наподобие новой породы рогатого скота. С этой целью высшее руководство СС контролировало все браки своих членов, поощрялось даже рождение бастардов, разумеется, от образцовых самцов “черного ордена”.

Налицо еще одно различие в методах двух диктаторов: Сталину годился любой материал для “человека нового типа” — вся надежда возлагалась на перековку. Человек, заметим, был не последним звеном в нисхождении принципа “перековки”: Лысенко довел методы воспитания до уровня растений, и странно, что не нашлось металлурга, который бы стал “воспитывать” металлы.

Гитлер в выборе исходного материала был более щепетилен, при этом расширение шло не по горизонтали, как в Советской России (господство пролетариата всех стран), а по вертикали (все арийцы — класс господ). Таким образом, общественные противоречия, по крайней мере в теории, снимались общей для всех социальных слоев целью — установлением (восстановлением) господства немцев.

Так чего же хотел Гитлер — мирового владычества Германии? Внешне, как будто бы да. Если бы не одна фраза, сказанная им Шпееру на пороге катастрофы: “Если войну не спасти, народ тоже должен погибнуть. (…) Ибо народ оказался слабым, и будущее принадлежит исключительно восточному народу, как более сильному”. Выходит, Германия в пору цветения национализма была прекрасной, но далеко не единственной невестой для предстоящей мистической свадьбы нации и вождя. Не Германия, не личная власть и новый порядок, а Сверхчеловек — плод от этого брака — вот альфа гитлеровских устремлений. Война, истребление “низших рас”, чудовищные эксперименты над узниками концлагерей, — увы, не психическая патология вождя, его присных и зараженного ими народа, а жутковатое подобие банальной санобработки жизненного пространства для новых сверхлюдей.

Жестокость как рутина, как ежедневный ритуал бритья и умывания, стала тем самым Рубиконом, через который не посмели перешагнуть судьи Нюрнберга. И хотя преступники были наказаны, главной цели Суд народов не достиг: зло не осознало себя таковым и его вершители лезли в петлю с невинными глазами.

http://www.fact400.ru/mif/reich/oglavl.htm

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *