Старик Балабол и страсти крюковы

Старик взял индюка за грудки и поднял к небку — там его детки кушали конфетки.

— Ну что, мразь, будешь говорить, где взял эти лапчатые вилы? — просипел старик индюку в клюв.
Индюк отрицательно замотал головой.
Кто его знает, может, этот индюк, конечно, был болгарином, а там сами знаете, какие царят нравы всякие болгарские. Но бирки-то никакой на нем не стояло типа «Левий Страус энд Ко» или «МакЧикен Инкорпорейтед» и т.д. Так что старик все понял правильно.

— В глаза мне смотри! — зверствовал старик.
Индюк все равно отворачивался и пытался плеваться яблочным уксусом — старик этого не любил и всегда очень злился за это на всех вокруг. Просто он любил груши.

— Ать собака! — крякнул старик и занес резиновый топорик над правым яйцом.
Из яйца все равно никто не вылупился.

— Ну что ж, — вздохнул старик огорченно, — ну и живи пока. К весне придумаю, что с тобой делать.
И пошел в дом, бормоча что-то вроде» индюшиная эта порода, поразводят тут всякого, бройлеры хреновы, окольцую и в сибирь, на подушки пущу» и т.п.
Индюк презрительно ухмыльнулся и правым крылом тихенько заграбастал спички. Собственно говоря, ради них-то все и затевалось. Ведь канистра с бензином давно уже хранилась в надежном месте. Вот только спичек не было. Ради спичек индюк был готов на все.

Старик выглянул из окна.
Женщины, подвешенные на берегу за жабры на крюках, все так же болтались на ветру и готовились к засолке. Все еще морально, видать. А впрочем, кто их знает.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *